< Неизжитые школьные уроки
29.01.2018

Проблемные люди - серьезное чтение


Мария Ануфриева. Доктор Х и его дети: Роман //Дружба народов, 2017, №7.

По статистике во всем мире по смертности вышли не сердечно-сосудистые заболевания и онкология, как было до недавнего времени, а психические заболевания. Поэтому далее делать вид и отворачиваться от проблемы по меньшей мере просто преступно. Тем более, что живём-то мы рядом, не отделённые Китайской стеной.

Давайте хотя бы почитаем умные художественные произведения, которые умеют заострить читательское внимание на самом важном. Итак, распахиваем журнал!
"Совсем маленьким он думал, что умирает во сне, и всегда боялся засыпать. Теперь он тоже боялся, но не сна, похожего на смерть, а именно смерти", - с первых строк заявляет нам автор тему своего романа, пронзительной книги о жизни, которая приводит взрослых и детей к такой тяжёлой мысли. Дети – Шнырь, Фашист, Существо, Суицидничек, Омен, Элата – подопечные детского психиатра Христофорова. Жестокие, тупые, продвинутые интеллектуалы, ранимые, наивные, замкнутые, наследственно больные, одинокие, залюбленные, изломанные подростки.
Доктор Х пытается решить самую обсуждаемую в последние годы проблему и нащупать для каждого из них – и для себя тоже – надёжную жизненную тропинку. И читается это всё на одном дыхании.
Советую вообще обратить внимание на этого автора.
Мария Борисовна родилась в 1977 году в Петрозаводске. Окончила факультет журналистики Санкт-Петербургского гос. Университета. Печаталась во многих "толстых" журналах, имеет несколько персональных книг, "прогремела" романом "Карниз" в 2014 году. Живёт в Санкт-Петербурге.

Владимир Кантор. Нежить, или выживание на краю подземного мира: странная повесть, фантазия в духе Босха. //Нева, 2017, №8.

В каждой заявке, фантазии, как и в шутке, есть доля… А тут ещё и Босх – очень наглядно! Да повесть, собственно, и начинается потрясающе-знобяще: "Гроб, в котором я лежал, закрыли крышкой с кистями, потом заколотили гвоздями. Надо мной образовалась преграда, которая будет теперь всегда, пока я не сгнию и не стану пищей червей. А стану ли?" и так далее с того света. А почему бы и нет, если герой, как ни странно, всё чувствовал и видел, но каким-то другим зрением? И голоса слышал, но будто не ушами, а невероятным слухом.
А потом размышления перенеслись к "Главному Мертвецу, что лежит в центре Москвы", постепенно, абзац за абзацем, подбираясь к исследованию нежити, что это и как, а кроме того, и к анализу всей своей жизни и жизни как таковой. Причём, всё по-своему, а не проторенным Гоголевским путём или, ещё чьим-то… И это особенно существенно. Ведь Владимир Карлович Кантор – доктор философских наук, профессор факультета НИУ-ВШЭ, а по версии журнала LeNjuvelObservateur (2005) – один из 25-ти крупнейших мыслителей современности. Нам же выпало счастье читать его художественное произведение, поражаясь глубине, смелости, и наслаждаясь языком.
Семьдесят страниц журнального текста …в поисках жилища Бога.
А как же вы думали, дорогие читатели? Есть нежити, значит, обязательна и другая сторона медали, это уж, как водится.

Людмила Сергеева. Триумвират. Андрей Синявский – Абрам Терц – Мария Розанова: мемуары // Знамя, 2017, №8.

Нужно ли говорить о том, что серия "ЖЗЛ", мемуаров и биографий в русской культуре давно нуждается в ревизии? Не мешает отрешиться от шаблонных трактовок, не обращающих внимания на отбор и критику времени, с которым трудно спорить. То, о чём прежде предпочитали умолчать или сказать вскользь, становится подлинным объектом исследования Людмилы Сергеевой, филолога, ученицы Андрея Синявского на филфаке МГУ с 1953 по 1958 год. И хотя их отношения сохраняли эту расстановку "старшего и младшего", но они выросли ещё до глубокой и пожизненной дружбы, несмотря на особенную судьбу Андрея Донатовича.
Кроме главных героев, обозначенных в заголовке, имеются и многочисленные сопровождающие, среди которых, помимо близких рассказчика, имеются и такие, как Михаил Сергеевич Горбачёв, Юлий Даниэль, Степан Татищев и многие другие. Это повествование не только о людях, но ещё о времени и себе.
После "отсидки", не печатания, отверженности, эмиграции, после 1991 года, Синявские стали, приезжая их Парижа, в Москве нарасхват. Их без конца интервьюировали, приглашали в газеты, журналы, на радио, показывали по ТВ. У них появилось много молодых друзей, а знакомых – без счёта. Андрей Донатович уставал от такой публичности, он к этому никогда не стремился, любя уединение и своё сочинительство в тишине. Выручала, как всегда, Мария Васильевна, супруга, умея всякую публичность обратить в игру. В ней вообще присутствовало всегда игровое начало, даже "бездны на краю". Роли в их семье были чётко распределены: у него – Небо и писательство, у неё – Земля с её прелестями и тяготами. И каждый в своей сфере был неповторим и талантлив. А вместе – удивительно гармоничная и равноправная пара. Потрясающе описаны страницы последних мгновений Андрея Донатовича, чью голову на своих коленях держала Мария Васильевна, приговаривая: "Главное, ты не бойся…".
Мемуары, написанные талантливым и тонким автором, всегда захватывающи.
Прочтите!