< Поэтическая эстафета "СОНЕТа" в Международный день поэзии
29.03.2017

Литобъединение "Сонет" предлагает улыбнуться по-первоапрельски


                        "…И хорошее настроение не покинет больше вас…"

                                       ДРУГОЙ – БРОВИ ДУГОЙ

                                                                        Нет, я не Байрон, я – другой…
                                                                                        Михаил Лермонтов
                                                                     …Виталий (не Кальпиди, а другой).
                                                                                                   Янис Грантс

Вышел Виталий на улицу. Скользко. Смотрит под ноги, балансирует руками, осторожничает по гололёду-то. Вдруг слышит:
- Ой, привет! Хотя… не пойму, это - ты или не ты?
- Не я, - отвечает Виталий. – Какой же это я, ей-богу?! Я – всегда лихой,
неразборчивый…
- Нет, - возражает, - не отпирайся, я тебя узнал, это – ты! Просто ещё прочно в улицу не вписался.
- Да почему – я-то? – не сдаётся Виталий. – Что тут – от меня, подумай! Ровным счётом – ноль. Я – другой, только брови дугой (это – у каждого второго от удивления)! А я – первый, обязательно первый!
- И правда, - разочарованно произносит узнаватель. – Сдуру я обрадовался, ну, думаю, сейчас долг отдам, рассчитаюсь. А тут, стало быть, - никакой не ты, одно лишь нелепое напоминание. Чего же это ради тебя, не Виталия, деньгами сорить?!
                                                                                          Эльвира Частикова

                                          БИБЛЕЙСКАЯ ЛЮБОВЬ

Воистину, профессия учителя ниспослана свыше для воспитания библейской любви и смирения у некоторых шибко гордых.
Попробуйте испытывать только нежность и любовь к тридцати слушающим ваш артистичный монолог пятиклассникам, из которых третья часть, глядя на вас, ковыряет в носу, ещё треть зевает, а оставшиеся грызут ногти.
Между прочим, среди них есть народные умельцы, способные проделывать всё это одновременно!
                                                                                            Татьяна Горшкова

                                                                БРЮКИ

В середине рабочего дня нашего Александра Сергеевича срочно вызвали в Главк на совещание как начальника экспедиции. Заехал он на минутку домой, чтобы взять более представительскую одежду, а я была на работе. Взял он новые брюки, висевшие на спинке стула, уложил их в портфель и улетел. А не знал он, что брюки эти были не его, а нашего приятеля Михаила (накануне жена Михаила попросила меня укоротить их, что я и сделала).
А.С. не был пижоном, к одежде относился равнодушно – лишь бы чистая была. А мне он доверял всецело, вот и схватил те, что на виду висели – чужие штаны ведь не могут висеть тут?
Брюки были не его размера и короткие, но А.С. и этого не заметил, когда переодевался в гостинице. И вот он, как всегда уверенный в себе, через весь зал направился в президиум. А брюки выше щиколоток почти на ладонь и явно тесны в том самом месте... ну, вы поняли. А зал "ахнул", мол, что за клоунада?
Впрочем, А.С. уверенно держался, домой вернулся и довольный, и весёлый.
Не то, что я, которая тоже ахнула, узнав про путешествие чужих брюк.
- Ну как же ты не догадался, что брюки чужие?
- А нечего брюки всяких своих любовников на наших стульях развешивать, ответил невозмутимо А.С.
                                                                                     Людмила Даниелова

                                                 АВТОГРАФ

- Алло! Это квартира Нинели Михайловны?
- Да!
- Ах, как я рад, что услышал Вас. Мне много о Вас рассказывали, что Вы - знаменитая обнинская поэтесса, проводите свои выступления часто в доме культуры. Представьте себе, я так и не смог попасть за столько лет на ваши концерты, не смог познакомиться с Вами лично. Но я теперь рад, что услышал Ваш голос.
- Молодой человек, откуда вы узнали про мое творчество?
- Я много Вас читал, например: "Дунайские волны". Очень понравилась тема, простота изложения… Уважаемая Нинель Михайловна! Разрешите зайти к Вам и получить ваш автограф на вашей книге. Я стою у Вашего подъезда.
- Вы знаете, молодой человек, а ее сейчас дома нет. Она уехала в Москву на презентацию.
- А Вы тогда кто будете?
- Я - ее родственница, сестра.
- А когда она сама будет дома?
- В воскресенье, в городском музее будет выставка цветов. Приходите, она будет там с двенадцати часов до часу дня. Найдете ее сами. Погодите, молодой человек, а кто Вам дал книгу?
- Я прочитал ее в библиотеке, вчера, и решил лично познакомится с автором. И мне подарили там ее книгу.
- Как... Мою книгу?!
                                                                                      Александр Николаев

                                    ЗАБОТЛИВАЯ МАМА

Я навестила маму, которой уже 92 года. Несмотря на свой возраст, она – модница, и любит, когда я прихожу к ней нарядной. Почему нет?! В белых мехах благородной норки я ей весьма понравилась: - Идёт тебе, смуглой! – похвалила она.
Когда же я собралась уходить, разволновалась из-за гололёда, запричитала, типа, не шлёпнулась бы во всей своей белоснежности, да ногу бы не сломала…
"Ладно тебе придумывать, - отмахнулась от неё, - я ещё крепко стою на ногах".
- Крепко – не крепко, а вот костыль мой взять не помешает, - говорит и действительно протягивает из своих "сбережений после перелома" сей предмет.
- Смеёшься? Посмотри на меня, разве к моему туалету он подойдёт?
- Я вижу, что от моды ты всё-таки отстаёшь, доченька. Не знаю, костыли там или скандинавские палки, но каждая вторая с собой их сейчас носит, форсит. А ты у меня не хуже, вот те крест!
                                                                                          Любовь Пермякова