Прокошин-фест 2015

Сила слова

Валерий Прокошин – поэт, друг, земляк, собрат, близкий нам человек, наш современник… Правда, мудрый петербуржец Александр Кушнер утверждает: "Умереть – это стать современником всех, Кроме тех, кто пока ещё живы". Неужели Валерий – уже в одном ряду с теми, о ком тревожно и возвышенно сам писал свои произведения: с Пушкиным, Блоком, Пильняком, Цветаевой…? Слишком дерзким это представляется: из наших дней – и сразу к классикам!

Мы знаем, что все уходят из жизни, однако не все смертные становятся бессмертными. Приобщение надо заслужить талантом, яркой жизнью, неординарными поступками. Безусловно, книги, оставленные нам нашим товарищем, "хлопочут" за него в небесных канцеляриях. Работают его неповторимые метафоры, музыкальность, элегические пейзажи, библейские образы, плотность мысли, даже современный сленг и сетевые спамы как точность времени. Невероятно интересно и увлекательно, листая страницы, путешествовать с ним, который практически нигде и не был, то в просоленный морем и ветром люминесцентный Крым, то в Великую Степь, то во влажную Данию, то Бог знает куда, поражаясь его пушкинским способностям открывать то, чего воочию не удалось увидеть самому. В этом и есть феномен творца, когда воображение сильнее конкретных впечатлений!

Учреждённая в 2014 году Всероссийская литературная премия имени Валерия Прокошина, довольно хорошо освещённая нашей прессой, говорит о многом, но прежде всего о том, что автор работал не в стол, а обрёл к своим сорока девяти годам поэтическую известность. Теперь она не отступает, следует за его тенью. И всё равно, что касается "заслужить", то судить не сейчас и не нам, отдалённым шестью годами от живой реальности Валерия Прокошина, а беспристрастному времени. Нам же – помнить, цитировать, делиться драгоценными осколками воспоминаний, аукаться рифмами.

Когда-то он сам предложил такую форму взаимоотношений с любимыми классиками: брать понравившееся стихотворение и развивать тему, заданную данным текстом, по-своему: в меру собственных сил, поэтических способностей, человеческой отзывчивости. Что ж, хорошая подсказка членам литературного объединения "Сонет", в которое он успел походить, как и в центральную библиотеку, при которой оно существует, в свои последние годы – не совершенствования стихов своих ради – общения для! Это особенно актуально накануне областного фестиваля Памяти В. Прокошина, который будет в этом году длиться всю весну, а стартует в Обнинске 20 марта, затем продолжится в Калуге и завершится в Ермолино, где похоронен Валерий, а также в преддверии Всемирного Дня поэзии, 21 марта: встать плечом к плечу, словом к слову.

Россия ведь и есть страна Слова.

Валерий Прокошин
(1959 – 2009)

Мне так привычны людей имена,
Речь на земле прорастает, как травы,
Ветер разносит слова-семена.
Детский язык изменив суеверно,
Мы пред детьми только АЗБУКОЙ правы,
А в остальном виноваты, наверно.
Ветер разносит слова-семена.
К будущим судьбам струится река,
Муть настоящего сносит теченье.
Время растёт бородой старика.
Знаю, какая мне мера осталась,
Голым вхожу в ледяное свеченье
И уплываю в больничную старость –
Время растёт бородой старика.
Я заблудился в пространстве своём
Средь запылившихся слов-сновидений,
Жизнь нереальна, пока мы живём.
Пусть проживу без любви и без крова,
Друг мой земной, в чистый час откровенья
Я подскажу тебе главное слово –
Жизнь нереальна, пока мы живём.


ЭЛЬВИРА Частикова
ДОЧЬ

…И мать являлась мне, как облачко из моря,
Садилась близ меня, стараясь притушить
Прохладною рукой тоску во мне и горе…
Александр Кушнер

Я – дочь строгой матери, что ежедневно
Внушала мне мудрости жизни и чести:
"Держаться на людях должна, как царевна,
Точней, — несмеяна, однако, без жести.
О, не целоваться, когда нет смертельной
Любви, — по её только жадному зову!
Поменьше о глупостях думать, о теле,
Когда есть душа, свет небес бирюзовый…"
Я сопротивлялась таким постулатам,
И с вызовом, словно морская Сирена,
Смеялась и пела. Но с другом, собратом,
Обнявшись уже, не позволила крена.
Во мне поднялось вдруг, что мамой упрямо
Внушалось, вливалось, и стало работать.
Я – мамина дочка. Я ветвь твоя, мама!
Таков мой ответ на вопрос вечный: — Кто ты?
Я не замутнила в себе тот хрусталик,
Который достался в наследство, как льдинка,
Хотя ошибалась, ломалась (детали
Излишни). С ним выбралась из поединка.
Когда бы не так, я, конечно, не вышла
Из мутной истории, где – не опора
СловА, а лазейка.
Но я чудом выше
Брала, оказавшись над схваткою скоро.


АНАТОЛИЙ Соломатин
ТВОРЧЕСТВО

На что смотрю, то отражаю.
Я не творю, я подражаю.
Я не мечусь и не горю,
А просто с другом говорю.
Не дожидаясь вдохновенья,
Хожу, дышу, сижу – пишу.
Весь мой талант – моё уменье
Движенье дать карандашу.
Вот он запнулся над страницей,
Вот размахнулся, вот взлетел.
И новый стих, как новый день,
Легко и весело родился.


РЕНАТА Свиридова
СЛОВО

Неприкаянность мне уготована.
Я ищу и не ведаю что.
Только чувствую: холодно, холодно -
Это значит, опять всё не то!
Значит, снова по тонкому проводу
Оглушительный сделаю шаг,
А в ответ эхо шёпотом сорванным:
"Снова холодно, снова не так".
Сердце счётчиком бьётся взволнованно,
Не успею — взорвётся оно,
Только: "холодно, холодно, холодно…" -
Мелко провод дрожит подо мной.
И как будто бы всё заколдовано:
Я иду — упираюсь в стекло.
"Снова холодно", — бухает колокол
Лихорадочно и тяжело.
И ещё шаг по проводу — холодно,
И ещё один шаг, и ещё…
Вдруг я чувствую, сделав шаг в сторону,
Мне теплее, тепло, горячо!
Слово найдено. Тёплое. Вот оно.
Я упала в него. За спиной
Покачнулся мой провод истоптанный…
Или мой карандаш над строкой?


ДЖЕММА Тупикова
***

От человека остаётся,
Трава… Да только ли трава?
Ничто не канет, как в колодце,
В природе – и она права.
Но есть повыше справедливость,
Чем куст на холмиках могил,
И, умножаясь, вечно длится
То, чем ты сам при жизни был.
Не крест, не камень и не склепы
Заменят бренность наших тел,
А удивительнейший слепок
Из мыслей, слов, поступков, дел.
Всегда останутся приметы
Того, что жил ты на земле,
Как хвост погаснувшей кометы
Летит и светится во мгле
Не растворясь и не рассеясь,
Светить хотелось бы и мне –
Пусть не в стихах, а в чистом сердце,
Пусть не в галактике – в окне.

ИРИНА Гульченко
Рафаэлю Клейнеру

Голос, который проникает
В поджелудочную железу
И вырабатывает ферменты
Взамен утраченных
В борьбе за место
Под Солнцем


ГАЛИНА Ушакова

Закладкой отмечаю я страницу,
Как будто окольцовываю птицу.
Такие мной помеченные стаи
Немало полок в доме занимают.
Меня не станет… Чья-нибудь рука,
Откроет том, проворна и легка.
Слежавшуюся пыль десятилетий
Вдохнут, возможно, чьих-то внуков дети.
Прочтут указанное место поневоле:
"… На свете счастья нет, а есть покой и воля…"
И красоту запутанного мира
Вдруг высветит им пушкинская лира.


НАТАЛЬЯ Никулина
ТРИ СЛОВА О ТВОРЧЕСТВЕ
***

Когда творчество
вместо отчества –
довольно имени

***
жизненный путь
усыпан розгами.
жизненный путь
утыкан граблями.
жизненный путь поэта
усеян пистолетами так
что и соломку некуда подстелить...

***
В поэзии, как в любви,
чем ее больше,
тем серьезнее отношения.

ВЕРА Чижевская
УЧТИВОЕ СОГЛАСИЕ

И смерть сама кричит: — Живи!
Леонид Завальнюк

"Я этим не живу, я этим умираю", —
сказал мудрец, входя во тьму преклонных лет.
И тайну не открыл, отправившись по краю
Одержанных, своих, ушедших вдаль побед.
И я живу виной, раскаяньем и тайной –
саднят и день и ночь… и голос мой утих …
Но якоря души вцепились не случайно
в словесный грунт стихов и держатся за них.
Я ими не живу, я выживаю с ними.
Упрямо не плыву туда, где тишь да гладь…
Чужой, а не своей, я мудростью хранима,
что смерть, как лучший друг,
не может нас предать.

АЛЕКСАНДР Николаев
АНГЕЛЫ

Они пришли ко мне не из пустот –
С небес спустились в белом одеянии.
Два ангела, в густой пыльце высот,
Пытались достучаться до сознания.
За руки взявшись, звали в хоровод,
Стихами завлекали, что-то пели.
Как в райском сне, без музыки и нот –
Как подражанье мартовской капели.
Уйти от них, казалось, не смогу.
И силы бросили меня на потешение.
А эти звали, будто я в долгу,
Припомнив мне земные прегрешения.
Но что-то было в том прозрачном звуке,
Что нежило и душу, и уста.
И я искал в томлении и муке
Невидимый, но явный след Христа.


Cтраницу подготовила Э. Частикова

Источник: Обнинская газета, 2015, №8 от 17.03

 

 
 
 

Праздник встречи с Валерием Прокошиным

В год, объявленный Годом Литературы, с 17 по 20 марта в библиотеках Обнинска проходил фестиваль памяти поэта Валерия Прокошина, заключительным аккордом которого явился большой поэтический вечер в лекционном зале центральной, принявшим в свой уют около сотни читателей. Статус областного потребовал присутствия желанных гостей из Калуги, Балабаново, Ермолино, Белоусово... Казалось, что люди шли на голос – в зале звучала великолепная студийная запись с диска "Узнаю я их по голосам", сделанная с видеорядом Сергеем Дворцевым по инициативе Валерия Прокошина где-то за год- полгода до его ухода. И вот теперь он, как живой, созывал всех на свои стихи, читая их ритмично, чуть с хрипотцой, незабываемо энергично.
Вадим Терёхин, Марина Улыбышева, Дмитрий Кузнецов, Юрий Убогий, Александр Трунин, Ольга Галактионова, Вячеслав Черников вспоминали рано ушедшего друга, приводили что-то подтверждающие строки, читали целиком стихи, адресованные как юному, так и взрослому читателю, пытаясь определить место Прокошина в современной литературе. А что же это был за человек, который резким словом или презрительной усмешкой мог оценить то, что ему не нравилось; у которого высшей похвалой был его взгляд, полный искреннего любопытства и восхищения тобой, твоей идеей, поступком, стихотворением; чьё лукавство с искорками в глазах говорило о неистощимом юморе.
Выступающие рассказывали, рассказывали... Галина Ушакова, Вера Чижевская, Наталья Никулина, Эльвира Частикова, Евгений Деньгин... Последний, конечно, - не только словами, но и собственной музыкой, на которую положил лучшие строки Прокошина. Сидя за роялем, он увлекал Музу Валерия в классические лабиринты вечности, потрясая гармонией взаимоопыления.
Для кого-то из молодых слушателей, сидящих в зале, эта музыка, может быть, окажется той книгой стихов, которая станет началом не только дальнейшего чтения, но и осмысления поэзии. Это направление поддержал и Сергей Дворцевой, исполнивший под гитару песни Птицы по имени птицы и Мы эту музыку слышали глее-то. Главное было прочувствовать тексты, понять и оценить авторский замысел с общечеловеческих позиций. Как ни банально это звучит, но именно человеческая сторона, позволяющая просто говорить о сложном, и есть самая сильная, способная хоть немного улучшить мир и нас в нём.
Насыщенность вечера не позволяла сделать его лаконичнее и короче двухчасовой протяжённости. Поэтому 30 марта два ЛИТО: Сонет и Галактика продолжили свои выступления в том же зале в то же время.
Интерес к личности Прокошина, его произведениям, ещё только набирает силу, и фестиваль этому весьма способствует, заряжая рыцарей пера, ноты, кисти на новое творчество. Помещённый на сцене живописный портрет В.Прокошина, выполненный Юрием Юрьевым, в обрамлении роз и литературы, являлся не просто украшением зала и объединяющим символом, но и попыткой неразделения на до и после. У многих из присутствующих были личные, лишённые формальностей, отношения с Прокошиным, которые на глазах присутствующих как бы продолжались, подкупая искренностью речей. Иначе и невозможно!
Фестиваль – это праздник встречи с тем, к кому он обращён, это живое творческое дело. А живое потому и живо, что не истощается, продолжается, меняется, обогащается, притягивает к себе, намечая новые горизонты и не предвидя конца.
Впереди – издание и презентация пятисотстраничной анталогии "На Обнинских перекрёстках", которая сейчас готовится к выходу в Санкт-Петербурге. В ней несколько разделов, заключительный из которых посвящён полностью В.Прокошину.
Год литературы стимулирует...
А через два года – снова Прокошин-фест, такова периодичность фестиваля.
А сейчас мы ещё ждём московский десант писателей. Приезжай из горьких своих столиц,
Чтоб увидеть в подлиннике Россию.
Я вчера приручил трёх певчих птиц:
Ариадну, Анну, Анастасию... – звучит голос Валерия Прокошина.
Эльвира Частикова